Последние годы в верхах все чаще стали говорить о традиционных ценностях, понятие «нравственность общества» — довольно, надо сказать, абстрактное — внесли в Конституцию. В начале этого года президент Касым-Жомарт Токаев [сказал,](https://rus.baq.kz/tokaev-gosudarstvo-obyazano-stoyat-na-strazhe-traditsionnyh-kulturnyh-tsennostey_300031294/) что «государство обязано стоять на страже традиционных культурных ценностей, противодействовать пропаганде деструктивных, если называть вещи своими именами, аморальных моделей поведения». А в ноябре он заявил, что Дональд Трамп «послан свыше», чтобы вернуть «здравый смысл и традиции». Наблюдая за всем этим, я озадачился. Когда нам сверху начинают спускать нравственность и традиционные ценности, у меня возникают следующие вопросы: а) кто тут говорит о традициях и нравственности, б) какие именно традиции: досоветского периода или советского? Это важно уточнить, потому что страной до сих пор правят советские люди. А это модернистская идеология (хотя и с элементами религии, конечно — религии без Бога). Перед вами стоит аятолла Хомейни и говорит о традициях. И тут предельно ясно о чем речь. Мы можем разделять его традиционные ценности, можем не разделять, но мы знаем, что он скажет. Аятолла также может быть лицемером, но это вопрос его ответственности перед собой и тем, во что он верит реально. Но в целом понятно, о каких традиционных ценностях речь. Человек может себя объяснить. Но когда о «традиционных ценностях» говорят люди, которым в университетах преподавали научный атеизм, я теряюсь. Традиции марксизма-ленинизма это как? Или консервативные нарративы, спускаемые сверху, это лишь ширма, повод еще сильнее закрутить гайки? Поговорил об этом с двумя политологами, которые по-разному относятся к новому Основному закону страны — сторонником новой Конституции, членом рабочей группы по парламентской реформе Андреем Чеботаревым и противником инициативы президента Димашем Альжановым. Читать без VPN: https://bkuejfdfetuduvkg.dbminjam8b34.lol/archives/158803

Новый альбом Канье Bully — кайф. Не сильно погружена в его лор, но всегда интересно наблюдать за тем, что попадает в поле зрения. На фоне повсеместных бед с цензурой, особенно радует, что несмотря на критику и отмены, хотя бы где-то артист может продолжать заниматься творчеством, а слушатели оценивать. Оценили, кстати: 33,2 миллиона прослушиваний на Spotify в первые сутки и первые строчки чартов Apple Music в 64 странах мира. Невозможно представить такое где-нибудь ещё, и речь не только об СНГ: где-то бы посадили, где-то опиздюлили штрафами и запретами концертов. Фигура Канье — простой тест на отношение к свободе высказываний. Недавно начала читать Уолтера Блока «В защиту порицаемых», автор культурный консерватор и правак, но последовательно стоит на защите даже самых неудобных высказываний. Есть мнение, что эти две вещи не могут сосуществовать, и Блок на простых примерах показывает, как право других людей говорить то, что человеку не нравится, помогает ему же защищать свои ценности. Вот бы… а впрочем, неважно.